PLG_SEARCH_DATSOGALLERY_XML_NAME
Search - SP Page Builder
Search - TorTags
Поиск - Метки
Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки

Село Каменники

1 1 1 1 1

Hram Rojdestva Hristova храм Рождества Христова с. КаменникиПо правому берегу р. Елнать, в шести километрах выше д. Михайлово стоит деревня Ваньково. Это «столица» Каменниковской сельской администрации и центральная усадьба совхоза «Нива». Ваньково почему-то обосновалось не на берегу реки, где место и красивое, и привольное, а выдвинулось в поле, отчего имеет несколько пустынный и неуютный вид. Несколько облезлых керамзитовых домов остались от 70-80-х годов, а ближе к реке расположились деревянные строения.
Село Каменники в несколько раз меньше Ванькова — там осталось несколько домов да полуразрушенное здание церкви. Но так уж повелось издавна: Каменники называют селом, а Ваньково деревней.

Очевидно, до революции именно Каменники были главным населенным пунктом этой ныне самой отдаленной части Юрь­евецкого района.
Про эти ли, про какие другие Каменники (хотя других в округе вроде бы не водилось) осталась запись в местной пис­цовой книге 1676 года. Писец Елнатской волости Иван Афанасьевич Желябужский в «оном годе» записал:
«Деревня Каменник Большой Ульяниха тож у реки Елнати, а в ней крестьян: двор вдовы Марфушки Федькиной жены Мартьянова. У ней детей: Захарко да Екимко… Двор пуст Корнушки Парфенова, вышел в ту же волость в деревню Корючиха, а жеребьем его владеет наездом той же волости деревни Боровова крестьянин Микишка Борисов… Всего три двора, людей в них шесть че­ловек, да три двора бобыльских людей, в них четыре человека, да три двора пустых. Земли паханные худые… Лесу дровяного десять десятин до рубежа к деревне Корючиха, а вверх по речке Елнати до озер­ка…»
Правда, названия местных деревень (кроме д. Двоебортново) в этой писцовой книге не встречаются. Возможно, потому, что некоторые ее страницы утеряны, а возможно, известные ныне деревни вхо­дили в другую волость и для писца Желя­бужского интереса не представляли.
В Каменниковскую сельскую администрацию входило 16 деревень: Захариха, Б. Киселево, М. Киселево, Рошвенское, Барсуки, Шайски, Гречушное, Аксениха, Ваньково, Прокино, Иваниха, Хлопотиха, Остригаево, Калитиха и село Каменники. В последние десятилетия мно­гие деревни «поумерли» (Беловское, Выголово, Гребенкино, Двоебортное, Ива­новское, Суровцы…) С западной сторо­ны каменниковские земли граничат с Кинешемским районом, с восточной — с михайловскими, а р. Елнать отделяет их от махловского берега. До революции и в первые годы советской власти в Ванькове существовал сапоговаляльный завод, при­надлежал он заводчику Чиркову. Он же владел небольшим кирпичным заводиком и несколькими десятинами леса. Здание сапоговаляльни сохранилось до сих пор — это двухэтажное строение из красного кирпича. А место, где рос чирковский лес, до сих пор в народе называется Чирковской дачей.
Сапоговаляльным промыслом местные крестьяне кормились многие годы и пос­ле установления советской власти. Рабо­тали как на дому, так и ездили на «чу­жую» сторону — в Башкирию и Татарию. Уезжали осенью, после окончания поле­вых работ, на 2–3 месяца. Обычно собира­лись бригадами по 3 человека: два стирака и один закладчик. Деньги зарабатывали немалые — за 2–3 раза можно было «заша­башить» на постройку дома. Но и работа была не из легких. «Стирали» сапоги в жарко натопленных банях с раннего утра до глубокого вечера, при стирке исполь­зовались серная кислота и химические кра­сители.
После поднятия воды в Волге (50-е годы) ее притоки стали пригодны для сплава леса. Недалеко от Ванькова в это время вырастает целый поселок сплавников. Его в народе прозвали Новой Елнатью. Там была своя хлебопекарня, мага­зин, столовая. На этом участке рабочие связывали отдельные бревна в плоты, бук­сировали их до с. Елнать, а там связывали в еще более крупные плоты, которые бук­сировали дальше до Нижнего Новгорода.
Советы «пришли» в Юрьевецкий уезд в 1918 году. Но процесс их становления про­должался многие годы. Каменниковский сельсовет был создан в 1924 году. Уже тог­да его исполком располагался в д. Ваньково. А в 1931 году здесь как грибы после дождя выросли колхозы. В их названиях, как и повсюду, было много красного цве­та и воли к победе: «Рассвет» (д. Остригаево), «Красный хлебороб» (д. Ивановское), «Красный большевик» (д. Гребенкино), «Красная Иваниха» (д. Иваниха), «Ком­мунар» (д. Шайски), «Новая жизнь» (д. Прокино), «Победа», «Восход», «Бо­рец».
Что из себя в те годы представляли кол­хозы? В зависимости от привязки к тому или иному населенному пункту они силь­но отличались друг от друга по количе­ству крестьянских душ и поголовьем ско­та. Например, в колхоз «Рассвет» входило всего 28 дворов, работало 39 человек, раз­деленных на две полеводческие бригады; в колхозе содержалось 23 коровы и 24 лошади. А вот колхоз «Коммунар» был по тем временам настоящим гигантом: 246 дворов, 482 человека, 12 полеводческих бригад, 96 коров, 56 телят и 103 лошади. Вся эта силища «тянула» 2192 га земли. К тому же бабы между делом успевали ро­жать по 4–5, а то и 8 детей. Не случайно в колхозе было трое яслей на 60 мест, дет­садик на 40 мест и хата-родильня на 4 че­ловека.
Правды ради надо сказать, что «Ком­мунар» по тем врменам все же был ис­ключением, остальные колхозы по своим масштабам равнялись на «Рассвет».
В 50-е годы колхозный «сарафан» время от времени перекраивали, перелицовыва­ли, а потом бросили мудрить и всех объе­динили в совхоз «Михайловский». По срав­нению с ним даже колхоз «Коммунар» из гиганта сразу превратился в пигмея. На­помним, что укрупнение затеял Н. С. Хрущев, а он был человеком широкой души: колхозы при нем обрели настоящую ши­роту и размах. «Михайловский» в 60-80-е годы по территории равнялся сразу двум сельским Советам. Но, видимо, удобства ради в 1986 году часть его угодий и жив­ности была выделена в самостоятельный совхоз «Нива».
Такова нелегкая история администра­тивно-территориальных преобразований в этом отдаленном уголке Юрьевецкого рай­она.
Строительству новой жизни, которое началось после Октября 1917-го, почему-то повсюду стали мешать русские право­славные храмы. Помешал властям и храм в селе Каменники. Построенная на высо­ком холме в середине XIX века церковь Рождества Христова по воскресным и праздничным дням оглушала округу ра­достным колокольным звоном.
Но вот в 1930 году властям показалось в этом звоне что-то враждебное, и они зас­тавили церковную общину подписать до­говор, по которому она обязывалась «не совершать набатных тревог для созыва населения в целях возбуждения его про­тив Советской власти», а все «распоряже­ния по пользованию колокольней утвер­ждать Советами».
На служителей храма завели анкеты, сделали подробную опись церковной ут­вари, икон и книг. От бдительного ока властей не ускользнули даже «дорожка бумажная длиною в 6 метров по цене 2 рубля», не говоря уж о медных позоло­ченных паникадилах и колоколах. Послед­ние были особенно строго отражены в описи имущества:
большой — 314 пудов 20 фунтов; средние — 120 пудов 34 фунта и 30 пудов 20 фунтов; малые (5 штук) — 18 пудов 36 фунтов. Все описали, запротоколировали с точ­ностью до последнего «фунтика». Но за­крыть храм волевым приказом не реша­лись, хотели, чтобы сами верующие от­реклись от храма. Сначала завели уголов­ное дело на священника Владимира Алек­сеевича Богородского, затем составили акт, что «стены и часть окон требуют побелки», что из церковной ограды «вы­летают кирпичи», а «люди по дороге хо­дят в кооператив и их может теми кир­пичами пришибить». Не помогли верую­щим обращения в облисполком и во ВЦИК, в 1937 году храм закрыли, ограду разобрали на кирпичи, колокола и ценные предметы передали во «Вторцветмет», а часть имущества («гардероб, шкаф» и прочее) пошло «на реализацию в порядке госфондов».
В храме устроили клуб, а несколько лет спустя переоборудовали под школу, сде­лав деревянную пристройку и соорудив второй пол под куполом. К счастью, у стро­ителей новой жизни, видимо, не хватило побелки, чтобы замазать всю роспись хра­ма, поэтому кое-где она видна до сих пор.
Otec GavriilОтец Гавриил (Лихачев) фото. © Миша МасленниковШкола в церкви находилась до 1990 года. Затем ее перевели в специально постро­енное бетонно-керамзитовое здание, а храм передали верующим. Сейчас здесь образовалось подворье Николо-Шартомского монастыря. Настоятель храма о. Гав­риил (Лихачев) приехал из Казахстана. Он человек приветливый, радушный. При храме появилась община, любой желающий может приехать на любое время и помогать восстанавливать храм, одновременно отдыхая от городской суеты.
Около храма установлен небольшой обе­лиск каменниковцам, павшим в годы Ве­ликой Отечественной войны. Живых фрон­товиков здесь оставалось в 1999 году всего 3 человека — В. Гурылев, М. Клопов, Е. Дадаладова. Все они служили рядовыми. Но был здесь и свой генерал — Ponedelin i KirilovПленные командующий 12-й армией РККА генерал-майор П.Г. Понеделин (в центре) и командир 13-го стрелкового корпуса 12-й армии генерал-майор Н.К. Кириллов. Район Умани. Август 1941 г.известный командир Крас­ной Армии Павел Григорьевич Понеделин. Он родился в д. Парниково. В граж­данскую войну командовал полком и бри­гадой. В период советско-финляндской кампании 1939—1940 гг. — стрелковой ди­визией, а с марта 1941 года — 12-й армией Киевского особого округа. В августе 1941 г. под Уманью Понеделин попал в плен, где находился по 1945 год. В плену держался мужественно, с достоинством. Однако в 1941 году Понеделин был объявлен пре­дателем.
Из приказа Ставки Верховного Главно­командования Красной Армии N 270 от 16 августа 1941 г.: «…Отдельные команди­ры подали плохой пример нашим войс­кам… генерал Понеделин, командовавший 12-й армией, попав в окружение против­ника, поддался панике, струсил и сдался в плен врагу, дизертировал к врагу, со­вершив таким образом преступление пе­ред Родиной как нарушитель военной при­сяги». Повторное расследование по делу Понеделина началось в 1955 г., и в 1956 г. он был реабилитирован.
В 80-е годы в д. Ваньково было построе­но много бетонно-керамзитовых домов. Центральная усадьба разрослась за счет деревенских жителей, которые здесь по­лучили колхозные квартиры, и за счет приезжих. Сейчас эти строения в плачев­ном состоянии, облезлые, с разваливши­мися крылечками, улицы здесь заасфаль­тированы лишь наполовину. Совхозное хо­зяйство находится в глубоком упадке. По­головье скота сокращается, посевные пло­щади уменьшаются. Бывшие пашни зара­стают бурьяном.
Когда-то здесь была восьмилетняя школа.
Сейчас осталась начальная, в ней учатся лишь 20 ребятишек, работают 3 педагога. В деревнях доживают свой век старики. Пу­стующие дома скуплены дачниками. В по­гожие летние дни на берег Елнати приез­жает много отдыхающих с палатками. Ме­ста здесь красивые, привольные. В реке еще водится рыба, по вечерам горят костры и пахнет свежей ухой. Смотришь на эти-де­ревеньки, холмы и пойменные луга, и на память приходят строки С. Есенина:

Край ты мой заброшенный,
Край ты мой пустырь,
Сенокос некошеный,
Лес да монастырь…

Почти век прошел с тех пор, как были написаны эти строки. А деревни все еще живут. И дай Бог, чтобы пожили подольше.

Альманах "Юрьевец", 2001 г.

© 2017 Сайт города Юрьевец

Mobile menu

Яндекс.Метрика